Есть вопросы и комментарии? Вам сюда. Только не забудьте ознакомиться с текстом FAQ, возможно, такой вопрос уже был кем-то задан
 
30.07.2013

Городская герилья в России. Проект

Предуведомление. Данная статья, посвященная тактике и перспективам городской герильи в России в наше время, написана не нами. Но мы во многом, хоть и не во всем, согласны с ней, и хотим, чтобы публикация этого текста послужила толчком к дискуссиям, обсуждению затронутых в ней вопросов как между повстанческими группами, так и внутри групп.


Вступление 

История развивается циклами. Каждый раз, усложняясь, меняясь, как вода реки, в которую, как известно, нельзя одинаково зайти дважды. Так и история революционного движения в России и мире накатывает волнами, следуя за экономическими и политическими кризисами. Но каждый раз – по-новому, меняя старые схемы и представления. 

Наступило третье десятилетие без СССР, без Советской власти и КПСС. Капитализм прочно стоит на ногах, опираясь на "суверенную демократию" олигархов, чиновников и силовиков. Надежды левых на реставрацию советского строя разбились еще в эпоху Ельцина. А с приходом Путина - закручены гайки даже для умеренного сопротивления капитализму. Парламент - не место для дискуссий. Там давно нет оппозиции, способной изменить ситуацию реально. Институт выборов - мертв давно тоже. Массовые протесты за реанимацию этого трупа разбились о стену власти.

От старого – к новому 

Но это время еще и пятое десятилетие после Мая 68-го. Пика революционной волны, поднявшейся во всем мире в прошлом веке. Для левого проекта это стало чертой, поделившей движение на "старых левых" и "новых левых". Разделение условное, но важное для практики борьбы. Когда по одну сторону оказались "старые" методы - демонстрации, газеты, забастовки, выборы, а по другую - "новые-старые", революционные методы борьбы - экспроприации, вооруженная пропаганда, городская и сельская герилья. Появились как вооруженные структуры при легальных партиях и движениях, так и независимые, полностью автономные организации. Почти одновременно они создавались по всему миру. С этого времени "террорист" стало синонимом слова "революционер" в лексиконе властей и журналистов. Бригадисти, тупамарос, герильерос - стали знаковыми именами. Это была волна революционного движения, как радикально-коммунистического, так и национально-освободительного. Волна, впервые достигшая пика в новых исторических условиях - условиях постиндустриального капиталистического общества. Того, которого не было ни в России начала прошлого века, ни, тем более, Франции времен Великой французской революции. Схемы типа "почта - телеграф - вокзал - мосты" больше не работали. И условия возникновения самой революционной ситуации - "низы - не хотят и верхи - не могут", уже не были столь очевидны. Появились теории фокизма и затяжной герильи, порождающие сами собой элементы наступления революции. Тактики "пролетариат – революционный авангард" сменялись на военный авангард из широких слоев общества (теология освобождения). "Диктатура пролетариата" заменялась на включение в борьбу других угнетаемых слоев и классов (интеллигенция, студенчество, крестьянство). Особенно когда современный рабочий класс размывался в класс мелких собственников (акционированные предприятия). Вчера - были только цепи, сегодня - собственная машина, квартира и удобства городской жизни в мегаполисе. Теперь что терять - есть. Марксизм как идеология служил основой этих течений. Он развивался дальше в борьбе Мао, Маригеллы, Че, Майнхоф, Маруланда, Оджалана. И в этом движении вперед радикальная левая не имела готовых рецептов из опыта прошлого. История рождалась под ногами идущего. 

Опыт, который есть 

В России не было своего 68-го. Он только начинается. Наша левая сцена и ее радикальная часть ведет отсчет от руин Союза и обгорелого здания Белого Дома 1993 года. Из ниоткуда. Ни теории, ни опыта. Из этого и следует растерянность первых лет, желание слепо копировать опыт российского революционного движения рубежа 19-20 века. Мертвый опыт для современного капитализма. Так, в 1997 году были попытки создания "партии ленинского типа" по образцу РСДРП(б) - дело РВС, при легальной коммунистической партии РКРП. Потом в 2000-02 годах похожая попытка и на Украине - дело одесской Интербригады из членов комсомола. Легальные компартии отвернулись, участники этих проектов были изолированы и вынуждены действовать автономно как вооруженный авангард. Группа комбатантов, а не партия. Еще более ярко это показало в 1996-99 дело НРА. Имея смешанный состав - из комсомольцев и анархистов, НРА сразу показало автономность своей борьбы, без оглядки на опыт 1917-го. Это была первая леворадикальная подпольная группа, ориентирующаяся на опыт "новых левых". Европейские RAF и CCC стали для них более близким и понятным примером, чем диктатура пролетариата по ленинскому образцу. 

Появились новые методы - символические вооруженные акции (акции РВП), пока бескровные (взрывы памятников, приемных госструктур). С помощью рассылки в СМИ писем с коммюнике - "бомбы кидались в сознание масс". Для "старых левых", вышедших из осколков КПСС (КПРФ), это был "бессмысленный индивидуальный терроризм", но для зарождающейся новой радикальной левой - подтверждением западного революционного опыта 60-70ых годов на территории России. Это была "Революция - сейчас!" 

Характерно, что многие из участников всех этих трех проектов хорошо знали друг друга, а иногда и действовали совместно. Тем самым, дополняя общий опыт. Так, группа Интербригады, созданная позже других, перешла от символических взрывов к экспроприациям - основному виду акций обеспечения для современных герильерос. Это уже качественный рост практики комбатантов в России. Но и это все уже в прошлом. Все эти группы властями разбиты. Многие участники, получив срок, успели уже освободиться из тюрем. Что же дальше? 

Автор этого текста - не пророк, он такой же участник движения. Здесь не будет предсказаний. Только анализ из недавнего прошлого и выводы для недалекого будущего. 

Герилья - ладонь, сжатая в кулак 

В настоящий момент в России сложилась радикальная левая сцена. Это новая молодежь, в большинстве не знавшая уже советского времени. Дети капитализма. Без ностальгии к СССР и уже не смотрящие в рот "старшим товарищам" из оппозиционной номенклатуры. Это анархисты, леворадикалы, антифашисты, радикальные экологи и просто внесистемные левые. Объединенные тремя "против": против богатых, против правых и против власти (менты, государство). Это и есть база симпатизантов будущей городской герильи. Нет хорошего или плохого пистолета. Хороший или плохой может быть только стрелок, в чьих руках это оружие. Так и герилья - всего лишь инструмент, силовая рука политического движения. И у нашей радикальной левой такая рука должна появиться. Ладонь, сжатая в кулак. Не взамен, а именно дополняя другие виды борьбы против системы. Нужны и бомбы и жженые спички в коробках. Всё для одной цели. 

Горизонтальная автономия 

Старые мечты о быстрых переменах должны остаться только мечтами. Наша борьба - на годы. Надеясь на лучшее, будем готовится к худшему. Герилья – это война с властью надолго. И чтобы ее участники не были пойманы сразу – нужен отказ от вертикальных структур. Никакие "партии ленинского типа" в условиях современного капитализма и сильной информационно-полицейской машины невозможны. Только горизонтальные структуры. Сетевая автономия ячеек сопротивления. Группы революционеров по несколько человек, объединенных личными связями, личным доверием. Группы, чей единый "начальник" - только общий информационный координирующий центр (сайт). И при разгроме полицией одной такой ячейки, другие - совершенно не пострадают. Да, в случае роста революционной борьбы в стране этого будет уже мало. И тогда могут появиться целые подразделения комбатантов при обычных (легальных) оппозиционных организациях. То, что раньше пытались сделать, например, участники РВС. Но пока время большой войны не пришло. Хотя уже сейчас стоит приветствовать всех членов оппозиционных партий и групп, кто готов начать сегодня подготовку к этому (создание в своей среде тех же "групп близости", приискивающих средства и запасающих оружие для борьбы). 

Принципы строения: ячейка, эксы, тыл, резервирование и сетевая координация

Поэтому принципы организационного строения могут быть следующими. Основа - это автономная ячейка. Интернет - это то, что вчера было для революционеров "связным". Теперь не нужны "явки", только пароли для анонимных почтовых ящиков в Интернете. Невозможно "привести хвоста" к товарищам из другой ячейки - ты просто не знаешь их никак. 

Второй принцип - начинать с экспроприации. Первая акция созданной ячейки - это акция обеспечения, экс. Для денег и оружия. Нет оружия - ограбление можно заменить кражей. Как только появятся первые деньги, - будет и хорошее оружие и средства на расходы по инфраструктуре, логистике. В идеале первые полгода - год группа должна заниматься только этим. Для всех городских партизан прошлого века экспроприация была первой школой вооруженной борьбы. Гимнастикой герильи. При этом не стоит помогать властям обнаружить себя раньше времени и афишировать политические мотивы нападений. Будьте "уголовниками"!:-) 

Принцип создания тыла - очень важен. Тыл - это и крупная сумма денег на случай репрессий ("общая касса"); это и создание за рубежом, в стране, недружественной России и откуда не будет экстрадиции, структур солидарности - жилищ-укрытий, информационных и правозащитных центров; это и логистика тайной переправки туда скрывающихся от розыска комбатантов. Тыл начинается со связей, поэтому для его создания члены ячейки должны их наладить, например, банально посетив такую страну, оценив на месте обстановку и возможных симпатизантов. Для этого не надо жалеть средств - на каждый рубль, потраченный на борьбу тут, нужно тратить столько же на поддержание логистики там. В будущем это может спасти группу от полного разгрома. Естественно, на территории тыла исключена всякая обычная вооруженная деятельность партизан. Особенно, если власти такой страны лояльны к вам частично. Где найти такую страну? Там, с кем у России был военный конфликт или где много солидарных политических общественных или государственных организаций. Такие страны есть. 

Еще важный принцип - это резервирование. Дублирование всего: от отложенных сумм, резервных тайников с оружием и документами, до запасных квартир-убежищ и даже отдельных "замороженных" новых ячеек партизан, созданных, но находящихся в бездействии, в резерве. По воле случая или от репрессий властей, у группы постоянно будет возникать дефицит средств борьбы из-за потерь. И нужно заранее позаботиться о их дублировании. Тратить деньги не только на текущее, но и на создание и поддержание этих запасов. В идеале каждая ячейка могла бы создать свою "спящую" копию, естественно, с соблюдением норм конспирации. Тогда при любых обстоятельствах борьба не будет прекращена - новая ячейка займет место выбитой. Внутри же каждой группы должен быть безусловный обмен опытом. Сегодня ты отвечаешь за разведку объекта атаки, завтра - за оружие. В этом и есть профессионализм революционера, его универсальность. 

Из автономности ячеек вытекает принцип сетевой координации герильи. Нет общего центра, "ЦК" - в прошлом. Есть взаимодействие через практику борьбы. Заявления групп о проведенных атаках - это и пропаганда для общества, и их личный голос в общем неформальном совете единомышленников. "Делай как мы, делай лучше нас!" Вот что заменит старую вертикаль управления. Пример соседа - это и пример для тебя. Пример как методов борьбы так и их идеологических мотивов. Это саморегулирующаяся система, ей не нужны начальники. И если одна ячейка своей акцией нащупает новое уязвимое место власти, то и товарищи из других ударят в это же место. Это же касается и неудач, их вовремя заметят все. Конечно, старая схема подпольной организации в виде пирамиды, где внизу те же ячейки, а сверху какой-нибудь "исполком" - она более эффективна, это калька военной структуры, армии. Армия для войны и придумана. Но для нас такая вертикаль неприемлема - удар по верхушке или связям ее с ячейками сразу выведет всю организацию из строя. Есть и хуже вариант - внедрение в руководство агентов спецслужб. К чему это приводит - смотри историю. Поэтому принцип сетевой координации это лучший вариант из худшего. От старых форм можно оставить только принцип объединения вокруг общей политической платформы (декларация, манифест) и, возможно, единого названия. Последнее, впрочем не так важно. "Революционная герилья"?, "Красные бригады"?, "Тупамарос южного Бутова"? Неважно!:-) 

Направления борьбы: акции обеспечения, РВП и самообороны 

Созданы ячейки, накоплены деньги и оружие, подготовлен тыл - что же дальше? А дальше основная борьба. И главные ее три вида: акции обеспечения, акции РВП (революционной вооруженной пропаганды) и акции самообороны. 

Как и в начале, так и в дальнейшем, самообеспечение будет продолжать являться основным видом борьбы подпольной группы. Экспроприации - быстрый и простой способ добыть средства. Банки, инкассация, ювелирные магазины - самые распрастраненные объекты атак. Наши лучшие "спонсоры". За прошедший век в этом не появилось ничего нового. Такие нападения полностью морально оправданны и не являются бандитизмом - добытые средства идут на нужды дальнейшей борьбы. Личные расходы должны быть в рамках необходимого. Революционер - не уголовник, деньги - не самоцель. Наоборот, классовая ненависть партизана служит моральной поддержкой для этих нападений. В городе, полном ярких дорогих витрин магазинов и шикарных зданий крупных коммерческих фирм, грабить богатых, - значит с улыбкой под черной маской и автоматом в руках смело входить и забирать свое, украденное капиталистами у тебя и у общества. На сантиметр, но приближать социальную справедливость. При этом важно избегать лишних человеческих жертв, применять оружие только для самообороны. С развитием современной техники - банкоматов, электронных денег, кредитных карт, появилось и множество способов "мирной экспроприации". Это обман банков при получении кредитов, взлом уличных банкоматов, кража терминалов оплаты ("бесконечная" купюра для электронного кошелька), хакинг, кардинг и проч. При этом добытые суммы средств могут исчисляться миллионами (стандартная закладка банкомата в России - 100т. $ и 10млн. рублей). А при развитии и росте борьбы дальше - переходить от эксов к более масштабным акциям: "революционный налог" для коммерческих структур и взятие заложников среди представителей элиты буржуазии в обмен на выкуп. Такие действия в случае успеха обычно не подвергаются огласке ни властями, ни самими "жертвами". Богатые берегут свою жизнь и знают точную ей цену в валюте. В отличии от обычных людей, чья жизнь для государства стоит очень мало. Меньше, чем цена позы - "с террористами ни о чем не договариваться". 

К акциям обеспечения следует отнести и экспроприацию оружия, транспорта и других средств борьбы. От простого - оружейных магазинов, до крупного хищения на военных складах армии и оружейных заводах - вот способы партизан пополнить свое вооружение. Конечно, только в том случае, если этого нельзя решить с помощью денег, более тихо и безопасно. В России так велики запасы различного вооружения, что сделать это будет не сложно. "Что храним - то и имеем", - вот принцип большинства коррумпированных структур армии и госпредприятий оборонки. Этим и надо пользоваться революционерам. Транспорт тоже может быть куплен, но для использования в боевых операциях - лучше угнан и соответственно подготовлен (документы, изменение внешнего вида, номера). Поддельные документы, сложнее тех что можно изготовить с помощью сканера и принтера, тоже надо покупать (бланки паспортов). Следует избегать таких акций обеспечения как нападения на полицию или солдат с целью завладения их оружием. Это создает лишний шум и не обеспечивает "чистоту" добытого оружия. Что в дальнейшем облегчает властям расследование совершенных с его помощью других нападений партизан. Оружие должно быть "чистым". Ни одна железка не стоит свободы твоего товарища. 

Акции РВП - главный вид борьбы городского партизана. Именно этим он приближает революцию, воздействуя на сознание масс. Переходит "от протеста - к сопротивлению." К уничтожению того, что не устраивает его и его симпатизантов. Уголовная преступность - кражи, ограбления, убийства, - была и будет всегда. Любое государство с ней борется и не чувствует настоящей для себя угрозы. Но стоит кому-нибудь совершить то же с политическими целями, как машина репрессий включается на всю мощь, чувство самосохранения толкает власть на скорейшее искоренение "заразы революции". Ведь пример борьбы даже маленькой группы "подрывных элементов" может "заразить" сотни и тысячи других честных людей. Это не карманная кража. Это угрожает "устоям общества", подрывает монополию государства на вооруженное насилие, приближает массовые протесты, радикализует их. И как показывает история, для этого не надо будить сознание большинства. Оно всегда будет смотреть на схватку революционеров и правительства как на картинку телевизионного токшоу, сидя дома на диване. Нет, нас интересует пробуждение от спячки активного меньшинства граждан России. Неравнодушных и думающих. Которые не смотрят телевизор и давно заменили его интернетом. Чье сознание открыто и замечает несправедливость социального строя, хочет его радикальных перемен. Революцию делает активное меньшинство. За которым потом идут и массы. Именно в его мысли и сознание партизан должен "кидать свои бомбы". 

СМИ и РВП 

В веке прошлом такие акции вооруженной пропаганды были плотно связаны с официальными СМИ, через которые о событии доносилась информация в общество. Цензура и запреты сильно искажали эту огласку. Приходилось использовать уличную агитацию: листовки и собственные газеты. Сегодня это в прошлом. Интернет доносит коммюнике подпольщиков напрямую к интересующемуся гражданину. Национальная цензура неспособна блокировать мировую сеть (прокси, зарубежные домены). Поэтому лояльность буржуазных СМИ теряет прежнее значение. Теперь ты сам себе СМИ. 

Антифашизм, социальная борьба, экология, анти-полис - все может быть политическим содержанием акций РВП. Любой актуальный момент или острая ситуация в обществе может с применением партизанами вооруженной силы стать пропагандой революции. Показать собой пример ответной силы на источник зла, наше "добро с калашниковым в руках", которое реально может остановить беспредел, уничтожить объекты противника (штаб ЕдРа, полицейская техника, собственность корпораций). Дать этим пример борьбы для активного меньшинства, наших симпатизантов. Это особенно важно. И можно считать неудачей ту атаку, которая не получила широкой огласки, не стала "громкой акцией". Сочетание болезненного для врага удара, правильного времени и места с широкой оглаской (интернет, мультимедиа), - вот рецепт успешной акции РВП. 

Методы: символические акции, уничтожение материальных целей, "хромые колени", покушения и "народная тюрьма".          

Методы исполнения этих атак тоже могут быть разными. Самое простое - это уже ставшие распространенными символические взрывы и поджоги материальных объектов. Когда главное - привлечение к ним внимания, выражение протеста. Для чего достаточно как маломощное ВУ ("стекольная бомба"), так и бутылки с зажигательной жидкостью или дымовые шашки. Материальный урон минимален, нет случайных жертв (что важно!), а урон моральный для врага - сильный. Такие акции РВП должны освещаться максимально широко. Простота их исполнения служит массовости таких атак. Это по силам и начинающим группам партизан. Символическая атака - это атака на любой символ системы. Это может быть и памятник царю, так близкий по духу современной неомонархии Путина; это и офис правящей партии - символ безальтернативных выборов; это и витрина роскошного бутика или банка - символ капитализма; и, конечно, это любой объект репрессивной машины государства - полицейский участок, спецтранспорт, здание суда и пр. Символов много, выбор огромен. Такие нападения еще не настоящая вооруженная борьба. Это только ее школа. И для усиления пропагандистского эффекта можно не боятся, и делать анонимную видеосъемку атак. Такие мультимедиа, выложенные в интернет - это наглядное руководство к действию для сочувствующих, готовых присоединиться к городской герильи. Революционеры прошлого века не могли и мечтать о таких возможностях. Пользуйтесь этим шире. Видеокоммюнике - обязательное продолжение вашей акции. 

Но там, где требуется уже серьезное давление, символизм заканчивается и начинаются акции РВП с целью частичного или полного уничтожения выбранных объектов. Взрывчатка измеряется килограммами, коктейль Молотова - канистрами. Цель уже не просто заявить протест или напугать, а нанести настоящий урон технике и собственности врага. Тут уже начинается настоящая война, где есть трофеи и урон. Цифры последнего, выраженные в сотнях тысячах или даже миллионах долларов должны быть в коммюнике на первом месте. Это тоже служит революционной пропаганде. Показывает рост уровня сопротивления. К таким атакам нужно переходить уже имея опыт в эксах и символических акциях. Здесь ошибки становятся чреваты большими сроками и случайными жертвами, к которым, увы, надо быть готовыми. Применять ли при этом насилие к живым врагам зависит от конкретных обстоятельств. Если такой цели нет - используется предупреждение властей о атаке (анонимный звонок, email). Чтобы люди, оказавшиеся случайно рядом, смогли быть вовремя эвакуированы. В больших городах с высокой плотностью населения это особенно актуально. 

Ведь если это не, например, казарма с карателями на территории военной части, а взрыв рядом с жилыми зданиями, то каждая случайная жертва может перечеркнуть весь смысл атаки. В истории было много случаев, когда подпольная организация была вынуждена заявить свои извинения случайно пострадавшим от нападения. В любом случае будут неприемлемы тактики неизбирательного насилия, вроде применяемых исламистами взрывов в общественных местах для максимального числа жертв. Эти людоедские нападения как и метод боевиков-самоубийц - отвратительны и глупы. Городская герилья это не джихад фанатиков. Партизан ищет поддержку и солидарность, а не страх и террор. Пусть его боятся только власть имущие, а не простой народ. 

Метод "хромых коленей" - это метод избирательного насилия против конкретных людей, сочетающий в себе как прямое наказание врагов (чиновники, директора предприятий, чины полиции, неонацисты), так и гуманную степень вооруженного давления. "Хромай как хромает система", - вот эффективный метод нападения с помощью огнестрельного оружия. Так, наказанный таким образом ОМОНовец станет инвалидом и больше физически не сможет ходить на службу и бить демонстрантов. Мертвый - он герой, "жертва террористов". Живой и хромой - ходячий пример справедливого возмездия. В прошлом веке этот метод был широко распространен у городских партизан Западной Европы. Стоит его вспомнить. 

Но в любой вооруженной борьбе наступают моменты, когда оставаясь избирательным, насилие против врагов должно быть применено в полной мере. Это покушение. Тиран и палач в президентском кресле или всего лишь в местном отделе полиции - он остается тираном и палачом. Как и предатель и стукач - предателем. Тогда покушение на них становится долгом партизана. Это крайнее, но необходимое средство, не допускающее уже никаких ошибок. Такие удары должны быть точными и иметь максимальную огласку. Это не убийство - это публичная казнь. Справедливый ответ на высшую меру государства. 

Еще один метод борьбы городского партизана - "народная тюрьма". Взятие заложника в целях или выкупа (акция обеспечения) или выполнения требований (освобождение политзаключенных, выполнение условий забастовки и пр.) Требует так же высокого уровня подготовки, развитой логистики (несколько жилищ-убежищ, транспорт, возможность переправки объекта в другой район/страну). Это целая операция. И тот кто ее проводит должен не только готов применить прямую вооруженную силу (подавление охраны), но и выдвинуть соразмерные значимости заложника требования. Как в сумме средств (выкуп), так и политических требований. Провал такой операции - это и обнаружение властями "народной тюрьмы", и невыполнение выдвинутых требований. Одинаково. Условия содержания арестованного в "народной тюрьме" должны быть человеческими, издевательства и пытки - недопустимы. Кем бы ни был заложник. В этом моральное превосходство революционеров над тюремными порядками пенитенциарной системы. Ответные требования и обещания со стороны партизан тоже должны выполнятся, их слово - твердое слово. Несмотря ни на обман полиции, ни на угрозу обнаружения. В истории были случаи когда подпольщики берегли жизнь заложника больше чем свою, часто срывая этим планы властей ликвидировать заложника при штурме убежища, списав его смерть на партизан. 

Не наш метод 

Творческий подход и изобретательность подскажут и другие методы борьбы. Революция - это творчество. Но есть методы от которых следует отказаться. Так, пропаганда в виде расклейки листовок и распространения самими городскими партизанами своего печатного органа (газета) - должна остаться в прошлом. Лишний риск. Сейчас это полностью заменил интернет (сайт).  

Это же касается и прямого участия в открытой общественной деятельности. Митинг и демонстрация - не место для партизана. Там  должны быть наши товарищи -  симпатизанты. Только бывшие политзаключенные-партизаны могут участвовать в этом, с учетом их полного разрыва с нелегальной борьбой. Увы, за пренебрежение этим правилом многие заплатили своей свободой и разгромом подпольных групп. Всегда попытки заняться нелегальной борьбой, не разрывая с открытым активистским прошлым и тем более - параллельное участие в обоих направлениях, приводило к быстрой "засветке" партизан и аресту. Для  спецслужб именно легальное крыло радикальной левой, правозащитные и группы солидарности с политзаключенными - это отправная точка в розыске настоящих комбатантов. Ниточки личных связей, это и путь к провалу. Поэтому особенно внимательно городской партизан должен относится к контролю таких связей. 

Социальные сети в интернете - тоже невольные добровольные помощники  спецслужб. Информационная безопасность в сети - обязательна. Конспирация вчера, это только умение уходить от слежки на улице и не оставлять улик на месте атаки, сегодня - это еще использование "чистых" мобильных, анонимность в интернете, быстрое уничтожение носителей персональной информации. В идеале члены ячейки городских партизан, это внешне аполитичные, законопослушные граждане. Имеющие официальную работу и место жительства. Слабое место – свое политическое прошлое, необходимо скрывать, лучше - иметь готовую легенду "разрыва и разочарования". Логистику связей с группами солидарности можно поддерживать только через структуры тыла.

Еще из негодных для применения методов стоит упомянуть о вооруженных акциях в виде взятия коллективных заложников (угон самолета, захват  здания). Это оборона в окружении. Партизанская война - удар и отступление. Поэтому такие методы не только приводят к многочисленным жертвам среди заложников, жизнь которых наши власти не ценят совершенно, но и облегчают поимку и разгром всей ячейки при штурме. Для системы выгоднее "мочить в сортире", чем даже частично выполнить  требования революционеров. Это дело их лицемерной "чести". Не надо подыгрывать им в этом. Коллективная ответственность - это удел  нацистов и исламистов. Насилие партизана должно быть избирательно, заложник или тот, на которого готовят покушение - индивидуален. Случайные жертвы - это промах атаки. А при таких нападениях как, например, угон самолета, избежать их невозможно. Как показала недавняя история России с исламским терроризмом, захват даже сотен и тысяч заложников не давал выполнение требований (Норд-Ост, Беслан). Это приводило только к бойне. 

Третий вид борьбы, это акции самообороны. Методы все те, что и в акциях РВП, но цель - защита от репрессий государства или террора правых. На насилие врагов отвечают адекватным насилием. Уметь давать сдачу важно и в политической борьбе. Не должно быть безнаказанных пыток политзаключенных, избиений демонстрантов и показательных приговоров на большие сроки заключения. ОМОН, судьи, опера, тюремщики - все должны чуствовать реальность угрозы вооруженного возмездия за свои репрессии. Не должны безнаказанно гибнуть наши адвокаты и активисты от рук нацистов. Не должны предатели и стукачи оставаться спокойно на свободе, когда по их показаниям брошены в тюрьмы наши товарищи. Для всего этого и требуется проводить акции самообороны. И так же как с вооруженной пропагандой они должны освещаться максимально широко. 

В заключение стоит описать две темы, обязательные в городской герильи. Они не связаны напрямую с вооруженной борьбой, но служат ее поддержкой и продолжением. Это правозащита и международная координация. 

Революционная правозащита 

В городской герильи арестованные товарищи - это наши военнопленные. И как на любой войне о пленных, попавших в руки к врагу, забывать нельзя. Им требуется наша солидарность и поддержка. Это нужно и тем кто на воле, чтобы чуствовать себя уверенно, зная, что в случае ареста тебя не бросят и не забудут. И если солидарность может быть выражена лучше всего продолжением боевой работы оставшихся на свободе ячеек, новыми атаками на систему, то поддержка - это наша правозащитная деятельность. Революционная правозащита отличается от обычной борьбы  за права человека. Городской партизан это не "узник совести". Он попадает в тюрьму не за слова или статьи, а за действие. Для буржуазного закона он уголовный преступник - "бандит" и "террорист". Поэтому защищать его права в заключении надо как революционера. Ошибка считать его "жертвой" и защищать только на основе буржуазного права. Есть четыре направления революционной правозащиты.

Первое и главное, это координация солидарности используя поддержку левых групп и движений. Информация о аресте, суде, репрессиях должна максимально быстро распространятся в интернете (сайты, блоги). Как внутри страны, так и на международном уровне (Красная и Черная Помощь). Связи созданного заранее тыла будут служить координации компании поддержки. В эту борьбу могут включаться все (пикеты, митинги, граффити и другие легальные акции). Солидарность с политзаключенными - необходимая форма дистанционного взаимодействия комбатантов и симпатизантов. Она сплачивает их вместе, не нарушая  конспирацию. 

Еще важный вид правозащиты - материальная поддержка пленного партизана. Опять же, используя структуры тыла. Адвокаты, передачи, подкуп тюремщиков - все должно финансироваться на достойном уровне. Средства на это должны быть заранее добыты с помощью акций обеспечения и перемещены в безопасное место (тыл). У политзаключенного всегда должна быть связь с волей (адвокат, мобильник) и если позволяют обстоятельства - досрочное освобождение по УДО за взятку. Пытки и издевательства со стороны полиции и ФСИН должны пресекаться с помощью огласки и акций самообороны. 

Отсюда вытекает и третий вид правозащиты - силовое освобождение. Ждать амнистии или помилования для партизана бессмысленно. Сроки за разбой и терроризм измеряются десятками лет, а за покушения - вплоть до пожизненного. Только прямое вооруженное освобождение или обмен на заложника из "народной тюрьмы", может вернуть свободу политзаключенному. Побег, подготовленный с воли, это крайний, но действенный способ в случае большого срока. История знает сотни таких удачных операций. Знание слабых мест коррумпированной российской пенитенциарной системы облегчает такую акцию. 

И четвертое направление, это помощь в эмиграции в тыл. Как тем кто в розыске, так и после силового освобождения/обмена. Это относится к логистике тыла и к подготовке членами ячеек своих резервов (деньги, документы). Все эти методы отличают революционную правозащиту от обычной. 

Международная координация 

Международная координация - очень важный элемент вооруженной борьбы. Прозрачность государственных границ в современном мире, глобализация экономики и полное информационное единство интернета значительно повысило важность международных связей между комбатантами разных стран. Все крупные партизанские и повстанческие движения и организации имеют свои сайты, часто, с возможностью перевода на несколько языков. Не выходя из дома сегодня можно прочесть свежие новости и коммюнике зарубежных товарищей. Революционеры прошлого века не могли о таком и подумать. Мир стал меньше: и "первый" , и "второй", и "третий". Мы все стали ближе друг к другу. Поэтому тем более стоит не забывать формы международного сотрудничества что были в 20 веке. 

Во-первых, это военный интернационализм. В мире постоянно тлеют военные конфликты, большинство - несправедливые и несущие горе своим народам. Но есть и освободительные войны (Курдистан, Непал, Колумбия). В которых участвуют левые силы. Интернациональный долг, это не советская утопия, это внутреннее убеждение для революционера. В условиях же городской герильи участие в боевых действиях в другой стране - хорошая школа настоящей военной подготовки. Многие революционеры "новых левых" прошлого века, прежде чем начать герилью в своей стране, прошли такую подготовку в "горячих точках" мира (Ближний Восток, Латинская Америка). Такая сельская герилья даст и  городскому партизану полезный опыт. Ведь в России огромные территории лесов и гор. Быть добровольцем на такой войне, это новые связи, сближение комбатантов между собой. Братья по оружию и идее. Такую форму сотрудничества давно освоили, например, исламисты в разных странах. Именно такой военный интернационализм власти в страхе назвали "международным терроризмом". Радикальной левой тоже нужно участие в такой борьбе. 

Из этого следует и форма объединенной логистики подполья, когда происходит международное сотрудничество по многим направлениям (обмен оружием и каналами его поставки, документами, информацией, трафик финансов и пр.) В единстве наша сила. Это давно поняли власть имущие, создав тоже общие репрессивные институты (Интерпол). И противостоять им можно только объединив логистику революционных групп разных стран. Международная правозащита - открытая часть международной координации. Это компании солидарности, борьба с экстрадицией партизан, находящихся в международном розыске. Мы должны держаться друг за друга, проявляя общую солидарность. Для этого существуют легальные центры международной правозащиты (RHI-SRI, ABC). На основе всех этих направлений возможна международная координация нашей борьбы. Истинный интернационал революционеров. 

Заключение: вчера, сегодня, завтра 

Будущее левой городской герильи в России неизвестно. Оно пишется сегодня. После завершения первых попыток создания вооруженных групп в 90-ых, наступили нулевые. Сворачивание буржуазных демократических свобод с приходом Путина и исламский терроризм смогли надолго остановить развитие этой формы борьбы. Массовые жертвы нападений ваххабитов в Москве и на юге страны - взрывы смертников в метро, на вокзалах, в больницах и школах, - запугали общество и дискредитировали в его глазах саму идею вооруженного сопротивления. Это сильно укрепило власть, позволив отвлечь от себя недовольство народа, направив его в безопасное русло - против "черных", против "нерусских". Этот шовинизм поднял волну роста правой сцены, особенно ее радикальной части - неонацистов. Вчерашнее РНЕ осталось далеко позади, вперед вырвались десятки новых молодежных ультра-правых банд, легко перенимавшие крайние формы идеологии националистов - расизм и гитлеризм. По воле финансовой конъюнктуры к середине 00-ых за счет нефти и газа Россия "поднялась с колен", капитализм укрепился и в страну пошел поток трудовых мигрантов из бывших советских республик. Вот на них и стали применять свои "идеи" националисты. Пошли убийства и нападения на гастарбайтеров, "отнимавших" их рабочие места (дворников и строителей). А заодно участились нападения на неформальную молодежь, всех, кто не придерживался их расистских взглядов. Как ответ на это появилось молодежное антифашистское движение. Начались стычки на улицах городов - бонов и антифа. Оружие - ножи и травматы. Но нацисты  не остановились и появились первые настоящие вооруженные группы, уже нападавших методами террора на саму власть. Вакуум вооруженной политики заполнили правые. Разрыв с опытом 90-ых не позволил левой сцене сделать адекватный ответ. Так, был убит левый адвокат Маркелов, защищавший еще членов НРА. И его смерть осталась для фашистов безнаказанной, как и многих других павших антифашистов. Увидев угрозу политической стабильности, власть сама сбила репрессиями правое подполье, отправив в тюрьмы сотни активных боевиков. В этом нет заслуги левых. Характерно, что самые радикальные НС активно перенимали опыт городской герильи прошлого века, стараясь подвести ее формы под идеи своей "белой революции". Аресты, суды и большие сроки породили волну нападений на полицию, судей. 

Только к концу десятилетия в анархической и антифашистской среде начали появляться первые неформальные подпольные группы, нарушившие монополию правых на насилие. Оружием которых пока были только бутылки с коктейлем Молотова и камни. Пошли первые нападения на опорные пункты милиции, поджоги дорогих автомобилей, строительной техники, уничтожавшей природу. Появились сайты симпатизантов (Черный Блог). Пример Греции и переводы текстов повстанческих анархистов направили многих активистов по пути создания "групп близости", автономных ячеек. Полицейское государство Путина, заменившее бандитов на ментов, привело к массовому произволу со стороны "правоохранителей". Коррупция и насилие стало законом. Примером крайней ненависти народа к ним стало дело Приморских партизан в 2010 году. Это и пример первой в России сельской герильи (неисламской), пусть короткой и неудачной.

Наступивший в 2008 году экономический кризис начал медленно расшатывать ситуацию в стране. Левая сцена пополнялась новой либертарной молодежью. Во всем мире начались социальные протесты, которым интернет (соцсети) придал новый уровень. На третьем сроке Путина такое случилось и в России. Застой закончился. И как всякое массовое движение протеста эти кризисы породят радикальное крыло. Тех, кто не остановится на протесте - кто начнет сопротивление. На этом пути требуется объединить опыт "новых левых" поколения 68-го и наш опыт последних 20 лет. Именно для этого писались эти строки. 

Нам нужна новая левая городская герилья. Без единого центра и монополии одной идеологии. Такая же разная как и наша радикальная левая сцена. На этом поле борьбы хватит места всем. Построенная по таким принципам она станет альтернативой бесчеловечному терроризму исламистов и нацистов. Настоящим вооруженным сопротивлением системе. Это только проект. История родится под ногами идущего.

N.O. 2012г.


В заключение, хотим сказать, что несмотря на согласие с посылом статьи в целом, мы не можем не упомянуть в рамках дружеской критики следующие моменты:

1) отказ от иерархического принципа при построении революционной организации - это вопрос не только и не столько утилитарных соображений, он вызван идейными, глобально (а не мелкоутилитарно) практическими соображениями. Нельзя строить анархическое будущее для всех людей, сохраняя иерархию и принуждение среди тех, с кем ты это делаешь
2) Мы не разделяем симпатий автора к авторитарным марксистам и т.н. "национально-освободительным" движениям, и считаем, что повстанческое анархическое движение должно осторожно относиться к таким союзам, поскольку подобные союзы требуют отступить от тех или иных анархических идей, и то что появляется в результате такой борьбы так же далеко от анархии, как и исходное общество, если не дальше.

Коллектив Черного Блога